Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

(no subject)

ЖИДО-ПУТИНИЗМ НАСТУПАЕТ: ШКОЛЫ В МОСКВАБАДЕ ПРЕВРАТИЛИСЬ В ГЕТТО М. Шендаков . Засилье мигрантов становится реальной угрозой для нормальной жизни местного населения. По оценке Министерства просвещения, в школах Путиностана учатся 140 тысяч детей мигрантов. При этом в стране находятся почти 800 тысяч несовершеннолетних иностранных граждан. Где оставшиеся дети, чем они занимаются? Если все они придут в школы, выдержит ли такую нагрузку система образования? Вопросов больше, чем ответов. В недавнем выпуске программы "Не могу молчать" на примере подмосковного посёлка Софьино мы показали, как появляются самые настоящие мигрантские гетто и что приходится терпеть местным жителями из-за непрошеных гостей. Программа не оставила зрителей равнодушными.* А ведь это история не только посёлка в Подмосковье. Жители Путилково уже давно ведут борьбу против открытого буквально под их окнами Единого миграционного центра (ЕМЦ): толпы мигрантов, заполонивших район и создающих местным жителям массу проблем.** О своих бедах они рассказали в паблике "Путилково - территория добра": Огромный район вынужден жить среди тысяч мигрантов, которые заполонили дворы, площадки, заняли все парковки и общественный транспорт, который жители выбивали несколько лет. Грязь, мусор, криминал, общественный туалет под окнами - вот оборотная сторона миллиардных прибылей и та цена, которую платят простые жители. В новом выпуске программы "Не могу молчать" основной темой снова стал вопрос мигрантов, но уже в другом разрезе: как "чужие" дети учатся в наших школах? В студии программы "Не могу молчать" об этой проблеме беседовали ведущая Елена Афонина, политолог Пётр Коломец и правозащитник Бахром Исмаилов.*** После выхода программы, посвящённой ситуации в Софьино, на страницах телеканала Царьград в социальных сетях к редакции стали обращаться жители города Котельники, фактически сегодня это уже район Москвабада. Они тоже столкнулись с беспределом мигрантов, и ситуация здесь явно не лучше, чем у соседей. И это говорит о том, что проблема существует, и замалчивать её уже нельзя. Как отметила Афонина, многие люди, рассказывая, как изменилась их жизнь из-за засилья мигрантов, просят не указывать фамилии и не показывать их лица. Они боятся мести со стороны непрошеных "гостей", и страх этот явно не на пустом месте: "по причине коррумпированности полиции", пишут люди.**** Тем не менее нашлась в Котельниках сильная духом женщина, Анна Костина, которая решилась выйти на связь со студией Царьграда по скайпу, чтобы рассказать о том, что происходит в городе с населением всего 50 тысяч человек: Процентов 70 из тех, кто живёт в Котельниках, - мигранты из стран СНГ (!!!). Кто-то снимает здесь жильё, а кто-то уже и его покупает. И они не считаются с нашими устоями. Они открывают мечети прямо в жилых домах, школы переполнены, взрослые мужчины занимают детские спортивные площадки, играют там в футбол. А ведь так не должно быть: детей нельзя выгонять с площадки, чтобы там поиграть в футбол. От них везде грязь, в некоторых местах продают наркотики. В Томилинском лесу, примыкающем к городу, они режут баранов, потом бросают там шкуры. Анна отметила, что ни она сама, ни её дети в безопасности себя не ощущают. Сына-школьника она боится отпускать на детскую площадку во дворе даже днём: как-то раз на него напали несколько детей, плохо говорящих на русском языке, и кидались камнями. С первого по третий класс мальчик учился в школе №1 в Котельниках. За это время у них поменялось пять учителей. Из-за того, что дети мигрантов собираются в стаи и ущемляют права других учеников, Анне пришлось забрать ребёнка из этой школы и перевести в столичное учебное заведение. Несмотря на то что в Котельниках есть станция метро, в любом случае, это не школа в шаговой доступности. И это тоже определённый минус в данной ситуации. Понятно, что маленькие мигранты сбиваются в стаи, а что дальше происходит в школе, поинтересовалась ведущая. А дальше происходит вытеснение славян. И всё это можно наблюдать рядом со школой во время пересменки. Я считаю, что это просто геноцид русских. А в чём выражается особенность поведения неславянских детей? У них другой менталитет, они иначе воспитаны, это становится одной из причин конфликтов между местными детьми и приезжими. Кроме того, дети мигрантов отстают в знании языка, из-за чего отстают в освоении программы, а следом и местные дети тоже начинают отставать. Учителя у них не задерживаются, уходят в школу в соседнее Жулебино - там и зарплаты выше, и условия работы лучше. Мы по вопросам мигрантов обращались в полицию, в местную администрацию, но такое впечатление, что они делают нам назло. Мигрантам разрешают собираться большими группами на стадионах, чтобы провести религиозные мусульманские обряды, им позволяют заполнять все дворы автомобилями, так что местные жители не могут ни пройти, ни проехать. Всё вокруг загажено. В ответ на замечания местные нередко слышали угрозы. Тем не менее, что надо как-то налаживать жизнь, взаимно уважая традиции друг друга, раз уж приходится жить вместе. Пришлось столкнуться Анне и с другой серьёзной проблемой: в классе, куда был определён изначально её сын, большинство учеников оказались приезжими. Поэтому она просила директора перевести ребёнка в "русский" класс. А на предложение родителей разделить детей на мусульманские и славянские классы, директор ответил, что это "нетолерантно". Детей нельзя делить, напротив, те дети должны "учиться у нас, чтобы потом они не напали на нас с вилами" (!!!). Жителям Котельников можно посочувствовать. Но в самой ситуации нет ничего удивительного, отметил Бахром Исмаилов: Москвабад сегодня - это крупнейшая мировая агломерация. В этом смысле она ничем не отличается от Нью-Йорка, от больших европейских городов. Вокруг подобных агломераций всегда возникают поселения трудовых мигрантов. В данном случае понятно, что Котельники удобны для проживания тех мигрантов, кто работает на рынке "Садовод". Само размещение в жилой зоне объектов, подобных "Садоводу" или торговому центру "Москва", вызывает много вопросов. А не нагнетаем ли мы ситуацию, ведь люди как-то уживаются рядом друг с другом, спросила Афонина другого гостя в студии, Петра Коломца. Понятно, что местные жители не выходят поздно на улицы, но так уж сложились обстоятельства… Но тут возникает вопрос: а не это начало формирования гетто? Да, нас убеждают в том, что приезжие смогут ассимилироваться, что они растворятся, что они примут нашу культуру. Но мы видим иное!***** Начнём с того, что "гостевые работники", а именно так переводится с немецкого слово "гастарбайтер", приезжая к нам из своих стран вместе с семьями, уже перестают напоминать гостей. Приехав, они пользуются всеми благами нашей цивилизации - и бесплатным образованием, и медицинским обслуживанием, что создаёт дополнительную нагрузку на инфраструктуру городов, - сказал Коломец. На этот упрёк Исмаилов возразил: да, мигранты здесь живут, работают, но не стоит забывать, что они и налоги платят немалые, их вклад в экономику Путиностана тоже довольно существенен. Трудовые мигранты на родину отправляют примерно 50-70% заработанного. А остальное они тратят в Путиностане. При этом ещё мигранты оставляют здесь плоды своего труда - дороги, ЖКХ, построенные здания. Конечно, есть и негативные социальные последствия, этого никто не отрицает, но и о вкладе забывать тоже нельзя. А что по поводу обучения детей мигрантов, в том числе и нелегалов, в наших школах, задала вопрос ведущая, имеют ли они на это право, поинтересовалась ведущая. В Путиностане одна из самых гуманных образовательных систем, - объяснил Исмаилов. - Она подразумевает не только возможность, но и обязанность иностранных граждан отправлять своих детей в возрасте от 6 до 8 лет в школы. За неисполнение этого требования им грозит административная ответственность. Поэтому в школы Путиностана принимают даже детей без документов (!!!). И в этом есть свой смысл: путь лучше ребёнок-иностранец находится в школе и хоть как-то интегрируется в общество, чем он будет находиться непонятно где и государство о нём ничего знать не будет (???). Тогда как можно прокомментировать следующие цифры, спросила Афонина: по оценке Министерства просвещения, в школах Путиностана учится 140 тысяч детей мигрантов, но в Путиностанн их в общей сложности находится почти 800 тысяч. Где оставшиеся 660 тысяч, которые не учатся в школах? И это, скорее всего, не дети ясельного возраста. Так чем они занимаются? И что будет дальше с этими детьми? По данным Исмаилова, картина в реальности несколько иная: в основном трудовые мигранты стараются устроить своих детей в школу хотя бы потому, что за ними некому смотреть, пока родители работают. В городах Путиностана нет такой проблемы, как детская беспризорность среди мигрантов, как это было в 90-е годы. Поэтому о массовости говорить не приходится. Но я соглашусь с тем, что, скорее всего, около 10% детей мигрантов не ходят в школу. И это проблема. Так что же является большей проблемой, поинтересовалась Афонина: когда дети мигрантов не ходят в школы или когда они ходят, и мы видим списки классов, в которых всего 3-4 славянские фамилии, из-за чего родители вынуждены забирать русских детей из этих классов или просто не отдавать в эту школу? Ведь эта проблема существует: в некоторых московских районах есть школы, куда родители не отдадут своего ребёнка. Эти школы так и называют - "мигрантские". Неважно, где дети сбиваются в стаи - в школе или на улице. Всё равно улица, с её потенциальной преступностью, их перетянет. А завтра может случиться так, что в наших городах появятся гетто, в которые нам с вами ход будет закрыт, где будет свой дресс-код и без хиджаба туда женщина уже не войдёт, - предположил Коломец. И что же нам с этим делать, спросила ведущая. Что нам делать с тем, что в некоторых школах мамы детей мигрантов заявляют, что их сыновья не будут протирать доску или убирать класс, потому что "у них так не принято, в нашей семье мужчины этого не делают", или с теми же хиджабами? На этот вопрос ответила клинический психолог Елена Мухамедова. Эти проблемы мне понятны, я сама работала в таких школах. Если говорить о детях, то ребята, приехавшие из Средней Азии, с Кавказа, испытывают большие сложности: дома соблюдаются одни культурные рамки, выдерживаются определённые границы, а в школах эти дети сталкиваются с тем, что они "другие" - "инаковые". И здесь, конечно, очень важно доносить до семей приезжих, что в принявшей их стране существуют определённые рамки, правила, и дети должны вливаться в школьную среду, в которую они приходят. Это и называется адаптацией ребёнка, заключила эксперт. Ситуация сложилась непростая, соглашается Исмаилов. Действительно, есть серьёзные проблемы: перенаселение города, нехватка школ, детских садов, поликлиник и больниц. Получается, что рынок столкнул местных жителей с трудовыми мигрантами, у которых есть свои права. Они тоже хотят, чтобы их дети учились, были частью русского мира, чтобы они получили образование в Путиностане, которое намного лучше, чем то, которое они получили бы на родине. В то же время местное население не было готово принять такое количество людей. Но вот рынок нас столкнул. С 2000-х годов сложилось так, что экономика Путиностана потребовала дешёвую рабочую силу. Местные жители не хотят работать на стройках, они работают в сегментах с более высокой зарплатой. И вот мы имеем то, что имеем - народы, которые столкнулись в очередях в клиниках, в школах и в детсадах. Эта проблема будет только усугубляться, если государство не примет чёткого решения: либо пусть жёстко квотируют проживание иностранцев, либо пусть создаёт равные условия для всех. Кому-то может показаться, что проблемы нет, а мы всё нагнетаем, сказала Афонина. Но тогда давайте вспомним, что говорил царь Нипричёмыш на заседании Совета по межнациональным отношениям, проходившем 30 марта: В некоторых европейских странах, да и в Штатах тоже, повторяю, когда уровень детей мигрантов в школе достигает определённого процента, местные жители своих детей из этих школ забирают. Сейчас не буду останавливаться на причинах, я думаю, что каждому взрослому человеку они понятны. И там образуются школы, которые чуть ли не на 100 % - не чуть ли, а фактически на 100 % - укомплектованы только детьми мигрантов, и это большая проблема. Нам нужно иметь в виду эту практику и ни в коем случае не допустить в Путиностане развития событий подобного рода. У меня сейчас нет готовых рецептов. Но совершенно очевидно, что количество детей мигрантов в наших школах должно быть таким, чтобы это позволяло их не формально, а фактически глубоко адаптировать к российской языковой и культурной среде. Проблема понятна. А что делать? Царь означил проблему, но ответа не последовало, никто не может сказать, сколько в процентном соотношении детей мигрантов должно учиться в отдельно взятом классе, чтобы они могли бы быть интегрированы в общую русскую среду. Есть ли ответ на этот вопрос, спросила ведущая. Да, есть: в классе должно быть не более 30% детей, отличающихся определённым образом от, скажем так, стандарта, - ответила Мухамедова. - Это именно тот процент, который класс, как организм, может переварить. И на этот процесс должна работать вся образовательная структура. В настоящий момент воспитательный компонент вывели из школы, к сожалению. И школы у нас сейчас оказывают "услугу". Но, в любом случае, остались учителя, которые могут создавать определённую среду. Для того чтобы интегрироваться, продолжила психолог, должны сработать несколько компонентов. И первый из них - когнитивный, когда ребёнок начинает думать на том языке, теми категориями, которые приняты в стране. Также ребёнок должен научиться взаимодействовать с другими детьми и с самим собой. Когда ребёнок из своей домашней среды - языковой, культуральной - приходит в общую школьную среду, он должен там как-то себя вести. Это самый трудный период. Безусловно, надо создавать программы, которые будут ограничивать и квотировать число мигрантов, которые может принять и переварить страна, констатировала психолог. Завершая программу, Афонина озвучила результаты онлайн-опроса по поводу ситуации, сложившейся с детьми мигрантов в школах, проходившего в социальных сетях: 86 % участников опроса согласились с тем, что происходящее - это катастрофа. А это значит, что к теме, о которой шла речь в программе "Не могу молчать", придётся ещё вернуться, и не раз.

Мои твиты

Ложь во погибель

Итоги выборов подвёл пермский стрелок. Если кратко, то выбрали прежнюю власть – получите пермского стрелка  очередную трагедию, в которой гибнут наши дети и внуки.
Кто-то скажет, какая здесь может быть связь? А я отвечу – самая прямая. Расстрел в школах стал для нас если не привычным событием, то ужасающе регулярным. Пермский стрелок не первый и к превеликому сожалению, не последний. В психически нездоровом обществе, в котором не за что зацепиться, кроме как за инстинкт выживания любой ценой, появление таких «стрелков» закономерно. И кстати, почему стрелок, а не ублюдок и отморозок, как оно есть на самом деле?
Не толерантно, говорите? Вот эта противоестественная терпимость и есть первое и самое верное средство сталкивания лбами, не скажу, что баранов, но очень близко к этому.
Я кстати раз в жизни видел как режут барана. Животное всё понимает и только слёзы текут из его бараньих глаз, а оно даже не шелохнётся, только мелко дрожит. Лишь предсмертные судороги, когда горло уже почти всё перерезано, выдают его какое-то невольное сопротивление. Но поздно.
Так, что вполне уместное сравнение электората с этим животным. Мы во многом ещё глупее баранов, ибо столько вреда самим себе причиняем, что удивляюсь, как наша популяция ещё выжила, может быть только по одной причине, что никто не ставит целью нас полностью уничтожить и искусственно поддерживает поголовье, а то мы сами….
Конечно, нет, не сами, а с помощью тех, кого мы якобы выбираем, тех, кто возомнил себя пастухами и направляет отару в нужном им направлении. А это полное оболванивание, прежде всего молодёжи. Школа штампует патентованных дурней и идут они, и стреляют своих сверстников, выпрыгивают из окон и балконов, ибо, говорю вам, ухватиться им не за что. Всё ложь, а истину от них скрывают.
Мир за последние тридцать лет изменился до неузнаваемости. Старшее поколение, которое видело и знало этот мир другим, ещё как-то держится, а молодые люди, выращенные по методу ЕГЭ, не могут понять, зачем они пришли на нашу планету, где насилие захлёстывает, а говорить правду, это значит проявлять экстремизм.
А правда тем и отличается от лжи, что лежит в основе мироздания. Попробуйте написать программу, в которой хотя бы один знак будет неверным, программа если и заработает, то вкривь и вкось.
Даже наши политики проговариваются невольно, сами того не понимая, про «макарошки» и вы мол «держитесь, но денег нет». Потому как мы все творения божьи и в основе каждого из нас лежит программа написанная языком правды.
А то, что мы её нарушаем, возвращается к нам тем самым злом, которое сеют нарушители. Трагическими событиями в жизни, болезнями, в первую очередь психическими как у пермского стрелка. Я же говорю – психически больное общество. Причём все поголовно, в абсолютном большинстве. А знаете почему?
Потому что мы (большинство) в ответ на их (пастухов) ложь, точно так же лжём в ответ, приспосабливаясь под предлагаемые условия выживания, уверенные в том, что тем самым спасаем себя и свои семьи, да вот загвоздка, «пермские стрелки» напрочь перечёркивают все наши надежды.
Мы соглашаемся с властью, принимая её правила игры, во многом сами играем по этим правилам, по которым можно жить захребетником и строить свой личный коттедж на людском горе и слезах. Залезая в чужой карман и бесконечно набивая свою ненасытную утробу, в то самое время как «избиратели» толпятся у контейнеров с просрочкой, дико радуясь при этом.
Но ведь наше общество официально, на уровне закона так и устроено, можно быть баснословно богатым в стране, в которой нищих большинство, то самое большинство, о котором я уже говорил. И то, которое, повторюсь, голосует за эту горстку мироедов, посадив при этом дополнительно себе на шею всю их многочисленную обслугу и охрану. Эти тоже отрываются как могут, глядя на своих хозяев.
Не бывает лжи во спасение. Если это ложь, то значит и не спасение, а совсем наоборот – погибель.
Вот вам и вся связь между выборами которые у нас состоялись и сопливым оболтусом расстрелявшим своих сверстников в пермской школе.
Система заточена на то, что бы выращивать таких как он, тупых, злых, наугад вставляющих круглое в треугольное или квадратное, не знающих историю своей страны, а самое главное – безнравственных, поскольку откуда взяться нравственности, где одни могут эксплуатировать других, её здесь и в помине нет. Нравственность категорически запрещена, в чём можно убедиться, оглянувшись вокруг себя, на секунду выглянув из своего погреба.
Вы думаете, спасётесь? Как об этом вам толкуют многочисленные эксперты, с миллионными гонорарами и недвижимостью за рубежом?
Нет, дорогие мои выживающие, спасения при такой системе «народовластия» не будет никому, поскольку опять же ложь и ничего кроме лжи, как бы красиво все это не звучало.
Жить в страхе, вот наш выбор, а ведь достаточно произнести каждому из нас, во всеуслышание одно маленькое и короткое «нет» и эта фикция рассыплется как карточный домик шулера. Нужно только перебороть свой страх. На самом деле они нас боятся до дрожи, окружив себя многочисленной охраной.
Правда за нами, а не за ними. Как и наше будущее, наши дети и внуки. Не дайте им перестрелять их, не дайте им запрограммировать наших детей на самоубийства.
Выбор за нами и он есть всегда, в любой момент, как только вы произнесёте своё НЕТ этой порочной лживой системе паразитов.
21.09.2021

(no subject)

(no subject)

М В Мишустин-- Председатель Правительства России, настоящая фамилия: Ёрдан-Йордан. Еврей – ашкеназ (хазарин). Родился в 1961 году. Гражданин США. Получил в США два экономических образования. В 1990 году приехал в СССР. Женат на еврейке из Израиля.
Дмитрий Николаевич Чернышенко. Вице-премьер РФ-- На самом деле его зовут Майкл Якобсон, еврей ашкеназ (хазарин), родился в Нью-Йорке в 1962 году. Высшего образования не имеет, профессиональный разведчик, работал в ЦРУ против СССР. Генерал-майор. Приехал в СССР в 1990 году. Неженат, детей нет. Ненавидит русских. Член сионистской фашистской секты Хабад Любавичи. Член Единой России. Дмитрий Викторович Кочнев, директор ФСО, генерал армии.  На самом деле его зовут Якоб Ротшильд. Это родной брат Джонатана Ротшильда-архитектора и исполнителя геноцида человечества. Родился в американской семье евреев-сефардов. Высшего образования не имеет. Работал в ЦРУ против СССР. Закончил службу в звании полковник. В 2001 году переехал в РФ. Основной вид деятельности: охраняет клона Путина Сашу и предоставляет рабочие места (в ФСО 30 000) репатриантам - евреям из Израиля и США. Член секты Хабад Любавичи. Сатанист, пьёт человеческую кровь. Ненавидит русских. Член Единой России. Неженат, детей не имеет.
Сергей Евгеньевич Нарышкин. Директор Службы внешней разведки (СВР). На самом деле его зовут Онил Лэнгли. Он еврейсефард, родился в семье сотрудников ЦРУ. Воинское звание генерал-майор ЦРУ. Высшего образования не имеет. Приехал в СССР в 1991 году. Неженат, детей нет. Ненавидит русских. Сатанист, пьёт человеческую кровь. Член сионистской фашистской секты Хабад Любавичи. Член Единой России.


Мои твиты

Collapse )

у путена закончился лимит на грамотность

Цeль вpагов Poссии достигнутa.
Наши дeти — нeyчи.
Дoцент жуpфака МГУ: "B этoм гoду мы набpaли инoпланетян"
“Незнаю”, “гениpал” и “чеpез-чюр” — вoзможно, именно тaкое напиcание cлов мы yвидим в газетах лет чеpез пять, кoгда нынeшние пеpвокурсники фaкультета жуpналистики МГУ получат свои дипломы. Вот тaкие фенoменальные peзультаты продемонстрировали набранные с помощью ЕГЭ студенты, среди которых есть даже стобалльники.
Как и ожидалось, проверочные работы новобранцев в вузах обернулись скандалом. Подробнее об этом рассказала доцент кафедры стилистики русского языка Анастасия Николаева.
— Первокурсники журфака только что написали проверочный диктант по русскому языку. Подтвердили ли они оценки, с которыми поступали?
— Установочные диктанты для выявления уровня знаний первокурсников мы пишем каждый год. Обычно с ними не справляются 3—4 человека. Но результаты этого года оказались чудовищными.
Из 229 первокурсников на страницу текста сделали 8 и меньше ошибок лишь 18%. Остальные 82%, включая 15 стобалльников ЕГЭ, сделали в среднем по 24—25 ошибок. Практически в каждом слове по 3—4 ошибки, искажающие его смысл до неузнаваемости. Понять многие слова просто невозможно. Фактически это и не слова, а их условное воспроизведение.
— To есть?
— Hy что такое, например, по-вашему, рыца? Рыться. Или, скажем, поциэнт (пациент), удастса (удастся), врочи (врачи), нез наю (не знаю), генирал, через-чюр, оррестовать. Причем все это перлы студентов из сильных 101-й и 102-й групп газетного отделения. Так сказать, элита. А между тем 10% написанных ими в диктанте слов таковыми не являются. Это скорее наскальные знаки, чем письмо. Знаете, я 20 лет даю диктанты, но такого никогда не видела. Храню все диктанты как вещдок. По сути дела, в этом году мы набрали инопланетян.
— У вас и правда был такой слабый набор?
— B том-то и дело, что формально сильный: средний балл по русскому языку — 83. То есть не просто “пятерка”, а “суперпятерка”, поскольку отличная оценка по русскому языку в этом году начиналась с 65 баллов. И это очень скверно, поскольку, когда ребята завалят первую же сессию, нам скажут: “Вы получили “супертовар”. A сейчас ребята не могут воспроизвести простеньких русских слов. Как это вам удалось сделать из суперотличников супердвоечников?!”
Кстати, в этом году благодаря ЕГЭ победители олимпиад и золотые медалисты не смогли поступить на дневное отделение: все они учатся на вечернем. Мало и москвичей. Впрочем, журфаку еще грех жаловаться. Сколько-то самых безнадежных студентов нам удалось отсечь с помощью творческого конкурса. A вот что получил, скажем, филфак, страшно даже подумать. Это национальная катастрофа!
— B чем ее причина?
— B какой-то степени в “олбанском” интернет-языке. Однако главная беда — ЕГЭ.
По словам первокурсников, последние три года в школе они не читали книг и не писали диктантов с сочинениями — все время лишь тренировались вставлять пропущенные буквы и ставить галочки. В итоге они не умеют не только писать, но и читать: просьба прочесть коротенький отрывок из книги ставит их в тупик. Плюс колоссальные лакуны в основополагающих знаниях. Например, полное отсутствие представлений об историческом процессе: говорят, что университет был основан в прошлом, ХХ веке, но при императрице Екатерине.
— C этим можно что-то сделать?
— По итогам диктанта прошло заседание факультетского ученого совета.
Вырабатываем экстренные меры по ликбезу. Сделаем, конечно, что сможем, но надо понимать: компенсировать пробелы с возрастом все труднее, и наверняка выявятся ребята необучаемые. Да и часов на эти занятия в нашем учебном плане нет. Так что, боюсь, кого-то придется отчислить, хотя ребята не дебилы, а жертвы серьезной педагогической запущенности.
— Многих можете потерять?
— Не исключаю, что каждого пятого первокурсника. ЕГЭ уничтожил наше образование на корню. Это бессовестный обман в национальном масштабе. Суровый, бесчеловечный эксперимент, который провели над нормальными здоровыми детьми, и мы расплатимся за него полной мерой. Ведь люди, которые не могут ни писать, ни говорить, идут на все специальности: медиков, физиков-ядерщиков.
И это еще не самое страшное. Дети не понимают смысла написанного друг другом. A это значит, что мы идем к потере адекватной коммуникации, без которой не может существовать общество. Мы столкнулись с чем-то страшным. И это не край бездны: мы уже на дне. Ребята, кстати, и сами понимают, что дело плохо, хотят учиться, готовы бегать по дополнительным занятиям. C некоторыми, например, мы писали диктант в виде любовной записки.
Девчонки сделали по 15 ошибок и расплакались."
Да, уж! Мимо этой информации нельзя пройти, оставшись равнодушным. Кем они станут, эти нынешние студенты? Как и чему они будут учить следующие поколения? Или уже не будут? Помнится, какой-то дядька говорил, что и четырёх классов вполне достаточно...
Предпосылки зрели давно, неграмотность стала привычной, и на фразы, произнесённые дикторами ЦТ, вроде "порядка пятиста человек", уже никто не обращает внимания. Это норма, увы. А ведь это было только начало всеобщей (а она уже таковой стала) неграмотности. Пушкинский русский исчез практически полностью.
"Ёшный", "ейный", " евойный", "ихний" - прочно вошли в обиход, и, даже звуча из телевизоров, уже не вызывают улыбку у подавляющего большинства прильнувших к экранам. Безграмотность стала нормой. ЕГЭ и "реформа" образования сделали своё чёрное дело. Неужели это не ясно верхам, ратующим за продолжение образовательной вакханалии? Почему нельзя отменить глупость? Не хочется думать, что это делается специально, да результаты говорят о другом. "Левые" учебники в школах, бессмысленные рабочие тетради, где только и надо, что вставить в слове нужную буковку, и Т9, в виде корректора для самых "продвинутых" учеников...
Теперь на помощь ЕГЭ пришла дистанционка. Видимо, темпы деградации не так быстры. Народ, куда катимся?! "Не" и "ни", " ча" и "ща", " тся" и "ться" - давно уже вне всяких правил. Про "кто то" - вообще молчу. И всё больше "умников" в комментариях к замечаниям по поводу безграмотности того или иного автора: "Ну чё вы взъелись? Ведь смысл понятен!".
Понятен. Пока.
Тут один претендент на работу в анкетной графе "Образование" написал - "ВИСЧЕЕ. ФЕЛФАК". Мы с коллегами долго смеялись, а потом вдруг одновременно замолчали, и всем захотелось заплакать, как тем девчонкам, написавшим с 15-ю ошибками диктант в виде любовной записки.
Автор Dr. OSZ

в Московской области стартует эксперимент по тотальному контролю за поведением и психикой школьников

Предиктивный электронный концлагерь: в Московской области стартует эксперимент по тотальному контролю за поведением и психикой школьников

Новости из мира внедрения машинного управления людьми под ширмой техпрогресса в России приходят с бешеной скоростью – и здесь, к сожалению, в первых рядах сфера образования.

Губернатор Московской области Андрей Воробьев решил не отставать от столичных «цифровых трансформаторов» и ввести с 1 сентября в одной из школ региона т.н. «систему предиктивной безопасности» с постоянным контролем поведения и психоэмоционального состояния детей с помощью алгоритмов нейросети и биометрических камер. Ведущие себя «нетипично» или «слишком грустные» школьники будут оперативно отданы под контроль психологов и «иных сотрудников школы», и соответственно появятся вопросы к их родителям. Вся история «корректировки поведения» ребенка будет сохраняться в соответствующей базе данных, в перспективе она станет частью его «цифрового профиля». У редакции «Катюши» нет никаких сомнений: если сегодня не оставить обезумевших цифрофашистов, не оторвать их лапы от наших детей, завтра они превратят всю страну в такой же «проактивный» концлагерь.

Вот что пишет деловое издание «Ведомости» : «система предиктивной безопасности, разработанная компанией «Для самых родных. Обнинск», совместно с партнерами «АИС Город» и «Интегра-С», входящими в ГК «Союзинфотех», будет внедрена в одной из школ Московской области уже в этом году. Основная задача комплекса – следить за безопасностью, контролировать состояние инфраструктуры школы и процесс питания детей». В какой именно образовательной организации будет тестироваться система – на данный момент неизвестно, идет инженерное обследование одной из гимназий на северо-западе Подмосковья, окончательно место реализации пилота определит губернатор Андрей Воробьев».

Если говорить по-простому – вся подопытная школа превратится в режимный объект, там никуда нельзя будет спрятаться от распознающих эмоции биометрических камер и алгоритмов оценки поведения с помощью ИИ. В размытое определение «контроля безопасности» также входит слежка за обеспечением детей медицинской помощью (?), если те в ней будут нуждаться. Кроме того, «умные камеры» смогут распознавать бег по коридорам школы, катание на перилах и другие «нетипичные» способы проведения времени на переменах.

«Если поведение ученика представляет угрозу ему или окружающим, в систему поступает сигнал, уведомляющий учителя и других ответственных сотрудников школы. Все технологии, использованные в конструировании, – российские. Решение готово к эксплуатации, достаточно только его смонтировать и подключить», – радостно сообщает замдиректора по IT «АИС Город» Валерий Кандаулов.

«Чтобы определить психоэмоциональное состояние ребенка, мы используем нейронную сеть, которая сравнивает заложенные в нее эмоции и анализирует все факторы, от оценок ученика до его поведения. Для наглядной характеристики настроения используются смайлики трех видов: веселый, спокойный и грустный. Если у ребенка, по данным системы, три дня подряд плохое настроение, школьному психологу и учителю придет уведомление, которое подскажет специалистам, что нужно обратить внимание на ученика и поговорить с ним. Результат общения будет зафиксирован в системе.

Проект финансируется в рамках нескольких ведомственных программ, в частности «Цифровой образовательной среды» Минпросвещения. В зависимости от параметров системы стоимость ее внедрения в одном учреждении может составить от 500 тыс. до 6,5 млн руб. Если пилотный проект в Подмосковье будет успешным, т. е. система покажет свою эффективность, то имеет смысл говорить о тиражировании опыта на всю Московскую область», – добавляет исполнительный директор группы компаний «Союзинфотех» Александр Кочуров.

Нет, это не новости из Алексеевской больницы, и даже не сатирическое издание «Панорама», как можно легко подумать, почитав цитаты выше. 6,5 млн. рублей для отдельной школы, да еще и в рамках бюджетного финансирования по федеральному проекту ЦОС, про который в Минпросвете постоянно заливают родителям, что он «исключительно про удобные сервисы в помощь учителю и ученику»! Слежка за поведением ученика, да еще и с учетом его оценок, ранжирование его состояния на уровне трех смайликов – причем все сугубо индивидуальные человеческие факторы отдаются на оценку машинному алгоритму (!), вот что самое нелепое и опасное. Какой уровень понимания демонстрирует нейросеть сегодня, вы прекрасно можете понять, пообщавшись с роботами того же Сбера или автоматической службой сотовых операторов на телефонной линии.

Далее еще интереснее – разработчики подчеркивают, что система предиктивной безопасности не принимает решения – она «лишь оперативно реагирует и уведомляет всех ответственных о возможном происшествии». В систему, помимо камер с искусственным интеллектом, также входит личный кабинет для родителей и учителей, из нее можно будет получать в том числе сводки по посещаемости занятий. То есть финальное звено, разумеется – администрация школы, которая будет разгребать все эти «возможные происшествия», а также школьные психологи, органы опеки, которые только и ждут, чтобы взять ребенка/семью в разработку, заняться «ранней профилактикой, выявлением и предупреждением».

Примечательно, что эксперимент над детьми подается СМИ как абсолютно согласованный губернатором и частными IT-компаниями, но не сказано ни слова о согласии родителей и других участников образовательного процесса (!). Лоббисты государственно-частных партнерств и гешефтов в очередной раз якобы «в целях контроля за безопасностью образовательного процесса» плюнули на грубейшее нарушение ряда статей Конституции – право каждого гражданина на личную и семейную тайну (да, учеба в школе, если кто забыл – это тоже часть приватной жизни), недопустимость обработки ПД без согласия гражданина, а также право каждого человека на добровольное участие в любых опытах.

Более того, сразу возникают вопросы относительно подвергания здоровья и развития школьников новым рискам в результате передачи контроля за их поведением на откуп ИИ. Где гарантия, что повышенное внимание учителей/психологов по ошибочному сигналу программного алгоритма не сослужит плохую службу, не нанесет удар по психике нормально развивающегося ребенка? Как можно вообще подчинять процессы естественной социальной адаптации, развития детей и подростков, их общения с себе подобными неким узким машинным схемам, загонять их в прописанные рамки нормальности/ненормальности, типичного/нетипичного поведения? Ведь каждый человек индивидуален, не каждый медицинский специалист (например, психиатр) сразу может понять, что с пациентом что-то не так, а тут мы говорим об оценке неживой программой.

Есть и множество иных рисков, связанных с обработкой персональных данных школьников и дальнейшего составления на них «цифрового портфолио», определения для них «персональной траектории развития», что прямо прописано в утвержденном паспорте федерального проекта «Цифровая образовательная среда» - части нацпроекта «Образование» . В частности, в разделе «Цели и показатели проекта» прописано:

«Доля обучающихся по программам общего образования, дополнительного образования детей и среднего профессионального образования, для которых формируется цифровой профиль и индивидуальный план обучения с использованием федеральной информационно-сервисной платформы ЦОС в общем числе обучающихся по указанным программам к 2024 году должен составлять 90%».

Минпросвет на уровне министра Кравцова и чиновников пониже рангом сегодня всеми силами заталкивает школьников в «цифровые профили» и «цифровые портфолио», о чем «Катюша» постоянно рассказывает . Опять же заметим, в паспорте федпроекта ЦОС только сухо говорится о необходимости включить в электронную базу 90% детей – и ничего про альтернативу и добровольность. Мало сомнений в том, что все сведения о поведении и психоэмоциональном состоянии ученика также станут частью его цифрового профиля, будут утекать туда для обработки алгоритмами нейросети.

Ну и далее, в полном соответствии с планами авторов форсайт-проектов «Образование-2030» и «Образование-2035» , которые ныне пишут ведомству Кравцова стратегии по «цифровой трансформации» традиционной школы, каждый человек будет направляться по соответствующей «персональной траектории» и попадать в рабство к «держателям портфелей человеческого капитала» (корпорациям – заказчикам образования). Важно понимать, что далее судьба индивида будет определяться «автоматически», по прописанным анонимными стратегами непрозрачным алгоритмам, на основе собранного «цифрового следа» о его особенностях психики, поведения, успеваемости и иных качеств. Выбрать собственный жизненный путь вне заданной матрицы будет невозможно от слова «совсем». И естественно, все это является базой для введения социального рейтинга по китайскому образцу. Нет никаких гарантий, что собираемая с пеленок информация о человеке в итоге не выльется в его признание «неблагонадежным», не станет для него «стоп-листом» на любом из этапов жизненного пути – в университете, при устройстве на работу и т.д.

Еще один тревожный момент для всех родителей связан с высоким риском навязывания детям псих. сопровождения, соцпатроната, подключение к семьи органов опеки и т.д. – вплоть до изъятия ребенка, если его состояние в школе будет систематически признаваться программой «нетипичным»/«грустным» и т.д. Одна из задач, ради чего вводится эта машинная слежка, четко просматривается в экспертном докладе НИУ «ВШЭ» «Россия в новую эпоху: выбор приоритетов и цели национального развития» 2020 года , под руководством ныне уже экс-ректора Ярослава Кузьминова. В создании этого доклада поучаствовала вся либерал-глобалистская обслуга «Вышки», включая содомита Исака Фрумина. Прямая цитата:

«Снижение числа неуспешных детей в школе повысит качество человеческого капитала в долгосрочной перспективе и снизит риски социального напряжения. Реализовать указанный приоритет можно за счет следующих проектов:
«Создание службы сопровождения физического, психического и социального развития (патроната) для всех детей от 0 до 3 лет (и для детей с ограниченными возможностями здоровья от 0 до 6 лет), предполагающей регулярное консультирование семей специалистами по детскому развитию, мониторинг динамики развития детей при помощи индивидуальных электронных карт. Не менее 20% семей (с учетом материального положения) получают сертификаты на бесплатное пользование услугами патроната».

Как видим, педологи-методологи из ВШЭ намерены «мониторить динамику развития всех (!) детей» в России посредством заведения на каждого электронного досье, буквально накрыть «службой сопровождения развития» каждого начиная с 0(!) лет. Да еще и навязать 20% семей «услуги соцпатроната». Это прямое вмешательство в личную жизнь и процесс воспитания детей родителями, очевидно, что это претензия на переформатирование сознания, вообще всей жизни каждого ребенка по лекалам и антиценностям, которые транслируют либерал-глобалисты (и методологи ВШЭ, соответственно). Очевидно, что в возрасте одного-трех лет предупреждать и профилактировать в поведении/психике грудничков нечего – они только формируются как личности, так что их задачи напрямую связаны с социальной инженерией.

И наконец – еще один огромный риск связан с правовыми аспектами внедрения «инновационной» системы предиктивного мониторинга. Она поставляется в школы частниками и имеет статус электронного сервиса, дополнительной услуги (по большому счету, вообще не образовательной). Это неминуемо требует наличия пользовательского соглашения, договора-оферты, в типовых вариантах которого (например, как это сегодня происходит в МЭШ – см. соглашение о пользовании КИС ГОСУЭВ, о котором не знает большинство родителей, уже зарегистрированных на подсистеме «электронный журнал/дневник» ) оператор отказывается от ответственности за любые негативные последствия для пользователя его системы, а также получает неограниченные полномочия для распоряжения ПД пользователя, в том числе на их трансграничную передачу. Причем дальнейшее пользование системой предполагает автоматическое согласие с любыми новыми условиями владельца системы.

А теперь представим себе на минутку, что в эту «предиктивную систему» будут забиты соответствующие критерии, позволяющие по поведению/оценкам/типу психики и эмоций примерно выявлять потенциальных ярких лидеров государства во всех сферах жизни – науке, армии, политике, экономике… технически реализовать все эти алгоритмы по заказу «третьих лиц» не составляет никакого труда. Одно дело, когда персональные данные уже взрослых, состоявшихся сотрудников силовых структур находятся под охраной, а если их будут выявлять еще до выбора жизненного пути, все это может обернуться для суверенного государства национальной катастрофой. Это угроза нацбезопасности высшего уровня.

Вот такие вещи творятся в нашем образовании, двигаются на уровне федеральных и региональных чиновников – и без массового информирования родителей, без объединения граждан в советы родителей на местах и законного, правового саботажа всех этих инициатив форсайтщиков-трансгуманистов противостоять им невозможно. Мы наблюдаем, как некий обнаглевший от перспективы присасывания к бюджетным деньгам директор ГК «Союзинфотех» Александр Кочуров уже преспокойно заявляет о том, что «есть смысл говорить о распространении пилота на всю Московскую область». Он и прочие цифросектанты в полной мере ощущают себя хозяевами государственных школ и наших детей. Но есть одна загвоздка – все их планы возможно реализовать только с молчаливого согласия консервативного большинства граждан России. Если власти отказываются защищать наших детей, давайте сделаем работу за них – это нетрудно даже без выхода из правового поля.

ВОО «Общественный уполномоченный по защите семье» подготовила запросы губернатору МО Воробьеву о законности, финансировании и иных условиях проведения данного эксперимента. За оперативной информацией в части защиты прав детей в образовании можно следить на сайте ouzs.ru, а также в группах в соцсетях - https://vk.com/detipeterburg, https://www.instagram.com/ouzs.ru/.